Tags: оппозиция

Путина надо любить

У тех, кто не любит Путина с легкостью могут быть найдены при обыске боевые патроны или наркотики с соответствующим возбуждением дела по уголовной статье.

Иными словами, граница добра и зла проходит примерно так: те, кто не любит Путина - преступники и глупцы, хранящие у себя дома или боевые патроны или наркотики, сторонники Путина - умны, добропорядочны и законопослушны.

P.s. На месте законодателей я бы в срочном порядке пересмотрел статьи, предусматривающие уголовные наказания за хранение патронов или небольших объемов наркотических веществ - УЖ БОЛЬНО СОМНИТЕЛЬНО ИХ ПРИМЕНЕНИЕ.

Убийство Ирины Кабановой и грязь

Убита мать троих детей, российское сиротство пополнилось. У следствия есть подозреваемый, предстоит сбор доказательств и определение в суде его виновности. И пока все.  А вот, какое отношение к убийству имеют белоленточники и никак не могу уразуметь.
 
Вполне возможно, человек, которого впоследствии суд назовет убийцей и имеет отношение к оппозиции, к филатерии, к любительской рыбной ловле или к чему-либо еще, но это отношение не дает и не даст никогда никому  никакого права связывать всех людей со сходными убеждениями или увлечениями с совершенным убийством, что, к сожалению, массово происходит на просторах нашего родного интернета.

И еще, нет ровно никаких оснований считать, что все апологеты существующей власти имеют гарантированный иммунитет, не позволявший, не позволяющий и никогда не позволящий им никогда никого убить.

Подайте бывшему депутату Государственной Думы

Гудкова выгнали из Госдумы Оппозиционность в Думе не позволяется.



Слегка смешно, но больше грустно. Ведь выгнали за политику - бизнесом занимаются многие. Не люблю Гудкова за его резкие и не очень умные высказывания в многочисленных телепередачах, но те, кто остался много хуже для нашего народа. 
Гудкову же расстраиваться не стоит, у нас любят опальных.

Власть силой потребовала любить себя

Власть силой потребовала любить себя. И судя по всему, Конституция ей не указ. От Николашки II хотели конституцию, а он упрямился, глупый, оказывается, вон как с ней можно.